Я знала, что быть еврейкой — это хорошо, но о Боге я вспоминала нечасто. Я выросла в Восточном Нью-Йорке, одном из районов Бруклина, где, как мне казалось, все вокруг были евреями, как и я. Школы не работали в дни еврейских праздников, и мы никогда не видели рождественских украшений или пасхальных яиц, кроме как по телевизору.

Я знала, что неевреи тоже существуют. У меня даже была подруга-нееврейка, которая не жила в нашем районе, но училась со мной в одной школе. Однажды на школьной площадке она подошла ко мне и заявила: «Я узнала, что ты убила Иисуса!» Она была очень расстроена, и я тоже.

Я пошла домой и рассказала маме. Она утешила меня и объяснила, что «они» (имея в виду христианский мир) верят, что мы убили «их Бога». Я помню, как подумала, какая же у христиан сумасшедшая религия, если она учит лжи о том, что маленькие еврейские девочки убивают «их Бога». Я знала, что быть еврейкой — это хорошо, но о Боге я вспоминала редко.

Потеря отца: Когда мне было двенадцать, от сердечного приступа внезапно умер мой отец. Наша семья была раздавлена горем. Большинству маленьких детей не приходится сталкиваться с тяжелыми вопросами жизни и смерти, но мне пришлось, как и двум моим младшим сестрам. После похорон наша семья неделю соблюдала шиву(траур). 

Пришёл раввин, и я задала ему мучивший меня вопрос: «Ребе, мой папа на небесах?». Он помолчал несколько секунд, а потом сказал утешительным тоном: «Сьюзан, память о твоём отце будет жить в твоей жизни. Ты можешь стать его наследием». Это была хорошая мысль, но она меня не удовлетворила. «Ребе, — настаивала я, — Вы не ответили на мой вопрос. Мой папа сейчас на небесах?» Он стал серьёзнее и сказал: «Я хотел бы дать тебе определённый ответ, Сьюзан, но не могу. Мы не знаем наверняка, что находится по другую сторону жизни. Нам остаётся только надеяться». 

Я была в недоумении.

Как мог великий, всемогущий Бог допустить такое? Разве Он не знал, что мой отец был хорошим человеком? Ему было всего 36 лет. Разве Бог не видел, что моя мать, две мои сестры и я нуждаемся в отце? 

Я злилась на Бога и одновременно, как это ни парадоксально, сомневалась, существует ли Он вообще.

Я прилагала огромные усилия, чтобы всегда поступать «правильно»  по крайней мере, в соответствии с моим собственным представлением

о правильности.

Но моё положительное восприятие своего еврейства оставалось неизменным. Я чувствовала, что иудаизм учит людей брать на себя ответственность за свои действия.

Я прилагала огромные усилия, чтобы всегда поступать «правильно» — по крайней мере, в соответствии с моим собственным представлением о «правильности».

Я достаточно хорошо училась и прошла программу средней школы быстрее большинства моих сверстников. Выпускной класс я окончила в январе, меньше чем через месяц после своего 16-летия, и всего неделю спустя поступила в Городской университет Нью-Йорка. В Хантерском колледже на Манхэттене я изучала коммуникации, а затем получила хорошую работу по написанию рекламных текстов в главном офисе компании JCPenney. Я была довольна тем, как складывалась моя жизнь: у меня была цель и большие перспективы.

«Народ Иисуса» Однажды, гуляя по центру Манхэттена во время обеденного перерыва, я заметила мужчину с необыкновенно светлыми длинными волосами. Будучи от природы любопытной, я заговорила с ним, спросив первое, что пришло в голову: «Извините, это ваш естественный цвет волос или вы их красите?» Он улыбнулся и заверил меня, что его волосы не были крашеными. Тем временем я увидела на его рубашке стикер с надписью: «Улыбнись. Бог любит тебя».

Его звали Ларри, и он сказал мне что верит в Иисуса, а затем более подробно рассказал, что для него значила вера в Иисуса. Он сказал, что Иисус был Мессией, который пришёл умереть за грехи человечества. Он победил смерть и приняв Его жертву, я смогу получить прощение своих грехов и жить вечно с Моим Создателем.

Может быть, Иисус действительно был тем самым мостом, путём в присутствие Бога? Я сразу же сообщила Ларри, что я еврейка, и что евреи не верят в Иисуса. Но он продолжал говорить о Нём. 

Затем он пригласил меня на концерт в одну из церквей в Нью-Джерси. Я сходила на концерт и была впечатлена увиденным и услышанным там. Моя дружба с Ларри, моё любопытство и страстная любовь к чтению побудили меня наконец-то открыть Библию. Для меня слово «Библия» означало «еврейскую Библию», то есть Танах. И я начала с Книги Бытия.

Чтение Библии.

Открыв Священное Писание, я столкнулась с фактом, что святой и справедливый Бог создал меня и имеет определённые ожидания относительно того, как мне следует себя вести и относиться к Нему. 

Я осознала, что едва ли знаю Бога, и все мои хорошие и правильные поступки казались недостаточными, чтобы преодолеть пропасть между этим святым Богом и мной.

Я продолжала читать Библию и обсуждать прочитанное с новыми знакомыми, с которыми познакомилась через Ларри. Я не могла не задаваться вопросом, может ли Иисус быть тем, кем они его называли, — моим Мессией. В конце концов, я же видела, что неспособна приблизиться к Богу самостоятельно. Может быть, Иисус действительно был тем самым мостом, путём в присутствие Бога?

‍‍Через несколько дней я вернулась в церковь, где пел Ларри. Сидя на служении, я чувствовала, что не была одной из них — не потому, что я еврейка, а потому, что у этих людей были отношения с Богом, а у меня — нет. Я понимала, что Иисус вполне мог быть обещанным Мессией, и я была напугана.

Ближе к концу служения я выскользнула на улицу и села на лужайке перед зданием. Я знала, что мне нужно было сделать выбор, и сказала Богу, что хочу иметь с Ним отношения. 

Я обнаружила, что со слезами на глазах признаюсь Ему,     что верю, что Иисус — Мессия и что он принял наказание за мои грехи, как писал пророк Исаия: «Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу: и Господь возложил на Него грехи всех нас» (Исаия 53:6).

В отличие от раввина, который восемь лет назад сказал мне, что «мы можем только надеяться», что есть что-то за пределами этой нынешней жизни, у меня теперь было прочное основание для моей надежды. Оно коренилось в моем Мессии.

Я ожидала, что моя семья будет не в восторге от моего решения, но реакция матери меня всё-таки ошарашила. «Сьюзан, — сказала она, — было бы лучше, если бы ты пришла и сказала мне, что ты беременна или подсела на наркотики». Следом и другие члены семьи выразили целую гамму эмоций: стыд, смущение, гнев, жалость и разочарование.

Через три месяца после того, как я приняла решение поверить в Иисуса, одна христианская супружеская пара случайно упомянула о других верующих евреях, которых они знали. «Другие?! — удивилась я. — Вы имеете в виду, что есть и другие евреи, которые верят так же, как я?»

Вскоре я начала знакомиться с другими верующими евреями, и моё понимание Иисуса (Иешуа) как еврейского Мессии углубилось. 

Я изучала обетования, данные Богом нашему народу, и начала понимать, то, что я еврейка, давало мне ещё больше оснований верить Иисусу.

Затем появилась возможность переехать в Северную Калифорнию, чтобы стать частью общины евреев, веривших в Иисуса.

Те первые дни в еврейской общине были очень захватывающими. Было ощущение, что мы делаем что-то совершенно новое и придумываем, как нам действовать, просто по ходу дела.     Мы пытались найти любые способы рассказать о Мессии другим евреям, и я смогла найти хорошее применение своему опыту работы в сфере коммуникаций. И хотя мы столкнулись с большим сопротивлением, мы также видели много положительных плодов наших усилий. 

Свобода от рака и служение Богу 

В возрасте тридцати четырех лет врачи обнаружили у меня рак молочной железы. Онколог объяснила, что опухоль быстрорастущая. «Так сколько мне осталось?» — спросила я. Она сказала, что точный прогноз дать невозможно, но лучшим вариантом для меня будет агрессивная тактика лечения. Что означало операцию и химиотерапию. Одним из самых трудных моментов для меня было рассказать об этом своей семье. У меня было будущее и надежда за пределами этого мира, но я знала, что моя семья не разделяла эту надежду. Подобно раввину во время шивы по моему отцу, они были не уверены в существовании загробной жизни. И хотя я пыталась заверить их, что со мной всё будет в порядке независимо от исхода, их это не утешало. Мама спросила: «Почему ты, Сьюзан?» Я помню, как ответила: «А почему не я? Было бы лучше, если бы это была чья-то ещё дочь? Такова жизнь». Ей было трудно это принять, но моя вера позволяла мне видеть ситуацию в другом свете, и я надеялась, что они это поймут.

Мои отношения с Богом стали намного глубже, и я научилась

ценить каждый день как дар. Не скажу, что следующие пару лет были лёгкими. Эмоциональная боль от потери груди была очень сильной, а физический дискомфорт от воздействия на организм токсичных препаратов давал о себе знать.

Кроме того, мы мучились от тревоги всякий раз, когда мне приходилось сдавать анализ крови или делать рентген, пока не получали отрицательный результат. 

Тем не менее это было то время в моей жизни, когда мои отношения с Богом сильно углубились, и я научилась ценить каждый день как особый дар. 

Я могу сказать честно, что испытывала радость от того, что Иешуа был моим личным врачом, психотерапевтом и другом. Его присутствие позволяет нам в прямом смысле слова выйти за пределы наших физических обстоятельств. Так было со мной тогда и происходит до сих пор. Все мы проходим через испытания на разных этапах нашего пути. Представляете, я даже устроила праздник в честь 20-летнего юбилея победы над раком. Какое радостное было событие!

Однако несколько месяцев спустя я обнаружила уплотнение в другой груди. Была диагностирована новая первичная опухоль, после чего последовала операция и ещё более интенсивный режим химиотерапии.          Пошатнуло ли это мою веру? Нет. 

Я бы всё равно ответила: «Было бы лучше, если бы это был кто-то другой?» Мы живём в мире, где болезни и страдания распределяются без разбора. Мы не выбираем и не желаем этого, но важно то, как мы реагируем на жизненные удары, и я до сих пор считаю каждый день особым даром от Бога. 

С тех пор я свободна от рака и становлюсь только сильнее!

Один из последователей Иешуа процитировал его слова: «В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: 

Я победил мир» (Иоанна 16:33).

Дар спасения и вечного будущего с любящим Богом доступен любому, кто позволит Иешуа быть своим Мессией. 

Я не могу себе представить, какой будет эта вечная жизнь. Но я знаю, что она будет богатой, полной и без несправедливостей, печалей и беспорядочности этого мира. Потому что Иешуа меняет всё.

Я также знаю, что путь, который Бог даровал мне, превзошёл всё, что я могла себе представить, когда на него ступила. И радость, которую Он мне даёт, определённо больше, чем я заслуживаю. Я с нетерпением жду возможности увидеть, что принесёт каждый следующий его этап. Вы можете подумать: как она может смотреть в будущее, когда её молодые годы уже давно позади? 

Что ж, мою душевную молодость сохраняет уверенность в том, что с Богом впереди ещё много доброго. И если Он даст мне долголетие, я очень хочу увидеть это своими глазами.